Детектив на сцене — явление нечастое и для постановки непростое. Надо отдать должное смелости Владимира Машкова, художественного руководителя Московского театра Олега Табакова, взявшегося за такую работу. Это первая в России постановка пьесы Агаты Кристи «И никого не стало», которую она написала в 1943 году по своему, пожалуй, самому известному роману «Десять негритят». Сначала спектакли с успехом шли в Лондоне, а потом появились на Бродвее, правда, под иным, политкорректным названием — «Десять маленьких индейцев». После удачной экранизации романа Станиславом Говорухиным в 1988 году с целым созвездием популярных артистов у многих остались в памяти кадры из этого фильма и, конечно, начало считалочки, которую так гениально обыграла Агата Кристи: «Десять негритят уселись пообедать, один вдруг поперхнулся — и их осталось девять…»

По сюжету, 10 человек, незнакомых друг с другом, приглашены неким анонимом в роскошный дом на таинственном острове. Дурная слава этого места никого не насторожила — перед all inclusive трудно устоять. К концу романа в живых не осталось никого. Но в пьесе у писательницы совсем иной финал. И это главная интрига постановки.

Как только поднимается занавес, сам интерьер гостиной, где развернется действие, и ошеломляет, и завораживает. Сценографию спектакля режиссер-постановщик доверил известному скульптору Александру Рукавишникову. Эта его первая работа в театре получилась более чем достойной. Чего стоят одни только фигуры тотемных животных, рыб и птиц, каждое из которых несет определенную смысловую нагрузку. Их тоже десять, как и количество героев, попавших в ловушку, и они — своего рода отражение как самого хорошего, так и дурного, что есть в каждом из персонажей.

Под стать декорациям и костюмы героев в стилистике 1940-х от Валентина Юдашкина (это, кстати, его вторая работа в ТОТ после прошлогодней постановки «Моя прекрасная леди»). Не успеешь рассмотреть все детали дорожного костюма появившейся в числе первых красавицы Веры Клейтон (Аня Чиповская), как она уже выходит к ужину в ослепительном вечернем платье с обнаженной спиной и наброшенном на плечи роскошном белом меховом палантине. Впрочем, костюмы каждого из героев в чем-то отражают их суть, как и те самые тотемные животные.

На каминной полке — десять индейцев. Автор пьесы уже в те далекие времена соблюла политкорректность, заменив негритят на индейцев. Как только все гости собрались отужинать, дворецкий поставил пластинку на граммофон, и раздается голос: «Леди и джентльмены, прошу тишины. Вы обвиняетесь в преступлениях, совершенных в различное время». И каждому из героев тот же голос сообщит: каждый повинен в чьей-то смерти. Наступил час расплаты. Дальше действие развивается стремительно. Темп такой, что диву даешься, как сумели артисты справиться с такой эмоциональной и физической нагрузкой. Впрочем, на сцене цвет труппы: Борис Плотников, Виталий Егоров, Евгений Миллер, Сергей Угрюмов, Яна Сексте, Алена Лаптева, Сергей Беляев, Игорь Петров и в роли легкомысленного молодого человека Владислав Миллер, блеснувший недавно в «Ревизоре» в постановке того же Машкова. Он будет первой жертвой. Остальным предстоит пережить ужас ожидания неизбежного.

И эта нарастающая атмосфера страха отрезанных от мира людей постепенно захватывает и зрителей. Помнишь сюжет или подзабыл его — смотришь на происходящее так же, как и герои спектакля: кто следующий. В антракте одна из зрительниц поделилась с подругой: «У меня такое чувство, словно я среди них, и как будто это происходит и со мной». Именно таких эмоций и добивались создатели спектакля. Исчезают одна за другой фигурки индейцев, следом за ними исчезают и обвиняемые.

Есть расхожее мнение: о человеке можно судить не потому, как он жил, а по тому, как умирал. Характеры и поведение героев спектакля наглядно это демонстрируют — браво каждому из артистов. Первый из «канувших в небытие» — легкомысленный молодой человек Марстон (Владислав Миллер) вообще не чувствует себя виноватым. Ну да, сбил насмерть двух малышей на своем автомобиле, так ведь они сами виноваты, нечего лезть под колеса. Он легко жил, легко и умер, выпив стаканчик виски с ядом. Не пугает смерть старого вояку генерала Маккензи (Сергей Беляев), он не раз смотрел ей в глаза. Обвиненный в убийстве любовника своей молодой жены, он давно уже и не живет, по сути, мучимый угрызениями совести. Но как отчаянно цепляется за жизнь молодая красавица Вера Клейтон — прекрасная работа Ани Чиповской. Впрочем, каждый из артистов нашел свой рисунок роли, каждый на своем месте. В чем, безусловно, большая заслуга режиссера, чей выбор исполнителей на ту или иную роль безупречен.

Пьесу из трех актов Владимир Машков сумел уложить в полтора часа с одним антрактом. При этом привнес в спектакль украсившие его элементы, характерные для бродвейских постановок. Порой создается ощущение, что ты даже не в театре, а смотришь фильм. Спектакль действительно кинематографичен. А финал… Пожалуй, тут просматриваются два, а то и три финала. Но обойдемся без спойлеров. Правда, нельзя не отметить появление в этой постановке еще одного действующего лица, мрачной безмолвной фигуры, трактовать роль которой каждый зритель волен по-своему.